Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (Гундяев) дал в начале текущей недели интервью телеканалу Russia Today. Иерарх, в частности, коснулся проблемы молодежного национализма и экстремизма, - сообщает Христианский Мегапортал invictory.org со ссылкой на Независимую газету. Бороться со скинхедами, по его мнению, нельзя путем «закручивания гаек». Борьба должна вестись идеологическими методами. «Некоторые люди совершают преступления, руководствуясь идеей. Пусть ложной и опасной, но идеей. А там, где есть идея, необходимо противопоставлять другую идею. Надо войти в диалог с этими людьми, работать с ними», – заявил митрополит Кирилл.
Отчасти он прав. Государству дано право использовать репрессивный механизм и наказывать преступников. Но социальные явления (а национализм – социальное явление) не искореняются методом кнута. Можно запрещать организации и литературу, но это вовсе не означает, что националисты не будут сбиваться в группы, а книги не будут писаться, издаваться и распространяться. Можно сажать скинхедов в тюрьму, выносить им обвинительные приговоры, давать сроки, но их соратники едва ли испугаются и разбегутся. Хорошо, что Церковь волнует проблема национализма, а ее высокопоставленные иерархи осуждают его и считают нужным бороться с ним не примитивными средствами, а путем трансформации сознания молодежи.
Другое дело, что методы, предлагаемые митрополитом Кириллом, вряд ли будут работать. Он считает, что нужно вступать со скинхедами в диалог. На бумаге все выглядит отлично. В идеале диалог – это ситуация, в которой стороны не просто слушают друг друга, но и пытаются взглянуть на себя глазами собеседника. Но действительность не совпадает с идеалом. Культура диалога в нашем обществе в целом хромает. Вести диалог у нас – это либо петь друг другу осанну за круглым столом, либо перекрикивать друг друга в телеэфире. А что говорить о субкультурах, в принципе не настроенных на то, чтобы смотреть на себя со стороны? Тем более что идеологии обычно сталкиваются, борются, а не ведут диалог друг с другом. Одна должна вытеснить другую.
Митрополит Кирилл, в общем, предлагает заменить одну идею другой. Но сознание человека – не видеомагнитофон. Из него нельзя достать одну кассету и вставить на ее место другую. Идеология – это набор символов. Она не определяет мышление, а всего лишь структурирует его. Ненависть к тому, кто не похож на тебя, кто «понаехал», кто «захватил все рынки», кто «плетет всемирные заговоры», глубже любой идеологии. Предложи националисту православный «набор символов» – он интерпретирует его по-своему и мотивирует свою ненависть «по-православному». Кроме того, разве сама Церковь не пытается уравнять в общественном сознании понятия «русский» и «православный»? Разве мало у нас в стране экстремистских организаций, члены которых считают себя одновременно и русскими националистами, и православными?
Рассказать скинхедам о православии – не значит сделать их мягкими, покладистыми, пушистыми, наполнить любовью к ближнему и дальнему. Необходимо одной системе ценностей противопоставить другую, абсолютно ей противоположную. За 17 лет религиозной свободы что сделала Церковь для борьбы с молодежным экстремизмом? Почему молодежные организации не смогли привлечь дворовых подростков в свои ряды? Если сегодня и существует молодежная субкультура, то она вне христианства. Способна ли Церковь сделать ее православной – серьезный вопрос.
Речи и призывы иерархов способны обратить на себя внимание, но ведь это лишь благие пожелания и намерения, но где взять современных молодых священников, способных спуститься на самое дно общества, найти язык общения с молодыми и оголтелыми экстремистами.